Я обращаюсь к вам после того, как ознакомился с публичной информацией о предвыборных платформах ваших партий, и не нашел в ней упоминания вашей позиции относительно формы правления в Государстве Израиль. Даже партия, которая в прошлом предлагала превратить нашу парламентскую республику в президентскую, больше не упоминает об этом.
Я же, напротив, считаю, что без такого изменения будет невозможно обеспечить Государству Израиль будущее, полное благополучия и процветания. Это происходит потому, что парламентский строй обречен на неэффективность в стране, население которой состоит из трех сообществ, поддерживающих между собой ограниченные связи: нерелигиозного еврейского большинства и двух меньшинств — ультраортодоксального и арабского, — в значительной степени изолированных как друг от друга, так и от большинства, как в культурном, так и в политическом отношении.
Ввиду широкого спектра политических взглядов и партий, традиционно характеризующих большинство в Израиле, и, напротив, высокого уровня политической сплоченности каждого из меньшинств, парламентский строй позволяет меньшинству, чьи представители одновременно обеспечивают стабильность правящей коалиции, диктовать свою волю большинству. Такая ситуация удобна как для этого меньшинства, так и для другого меньшинства, которое надеется стать бенефициаром этого соглашения после следующих выборов. Данные социальных опросов также свидетельствуют об этом: средняя удовлетворенность жизнью — «индекс счастья» — значительно выше среди обоих меньшинств по сравнению с большинством.
При любом результате выборов, не позволяющем сформировать правительство без участия представителей одного из меньшинств — как это было на протяжении десятилетий и, судя по всему, не изменится и сейчас, — большинство обречено на проигрыш. Этот проигрыш находит свое выражение в самых разных сферах: от налогов, распределения бюджетных средств и призыва в армию до запрета на работу общественного транспорта в субботу.
В результате этого растут барьеры недоверия между тремя сообществами, живущими в одной стране; разногласия внутри большинства обостряются; человеческий капитал сокращается из-за отъезда активных граждан в другие страны; а долгосрочные проекты остаются слишком рискованными. В этих условиях благие намерения некоторых партий принять конституцию или по крайней мере ограничить количество сроков пребывания в должности высшего должностного лица государства практически невыполнимы.
Тем не менее эти намерения смогут стать реальностью, если и когда большинство признает, что более эффективной моделью правления для Израиля является такая, при которой правительство формируется и возглавляется президентом, избираемым на всеобщих и прямых выборах на фиксированный срок и имеющим право занимать должность не более двух сроков, в то время как парламент утверждает бюджет и остальные законы, контролирует деятельность правительства и утверждает определенные назначения.
Такая структура власти обеспечит ее стабильность, без которой невозможно осуществлять долгосрочное планирование устойчивого развития страны и справляться с задачами такого масштаба, как достижение прочного мира в регионе и принятие конституции.
Критики этой системы справедливо указывают на ее заложенную склонность к скатыванию к авторитарному правлению. Тем не менее авторитарность четко проявляется и сегодня в правящей коалиции, решения которой становятся законами государства. Если президент также начнет проявлять подобные склонности, а остальные ветви власти и гражданское общество не отреагируют на это, это, по всей вероятности, будет означать, что они этого заслуживают. При этом я не считаю, что такая ситуация возможна в Израиле.
Как избиратель, я хотел бы знать какова позиция вашей партии по этому вопросу. Как специалист, если вы будете в этом заинтересованы, я готов предложить и обсудить возможные механизмы перехода к президентской республике, включая механизмы прямой демократии.
Я желаю вашей партии достойно провести избирательную кампанию и получить заслуженную поддержку избирателей